Узнав о происшествии, он рассмеялся и весело сообщил, что Патрик Муллой попал в аварию, катаясь на мотоцикле в окрестностях Уилтшира, и пребывает сейчас в одной из больниц Солсбери. Местная полиция направила в Адмиралтейство извещение, но Фаррингтон, не подозревая, какие сомнения гложут его почтенного коллегу Герберта Рутланда, позабыл об этом сообщить. Помощники сэра Реджинальда не особенно любили друг друга и не упускали случая обменяться ядовитыми замечаниями, правда, в самой вежливой форме. В этой игре верх обычно одерживал Рутланд.

Когда Герберт ушел искать временную замену Муллою и звонить в больницу Солсбери, сэр Реджинальд устроил его коллеге хорошую головомойку. Он заявил, что не потерпит подобной небрежности и что на секторе «Д» лежит слишком большая ответственность, а потому малейшее отклонение от требований регламента совершенно недопустимо. Служба в целом — главная пружина Национальной безопасности, у каждого ее витка — своя роль, свои важные задачи, и никто не имеет права с этим не считаться, не рискуя изменить долгу. Почтительно выслушав нотацию шефа, Дональд вздохнул — все-таки Дороти совершенно права, упрекая его в недостатке серьезности и легкомыслии, совершенно не подобающем ни его возрасту, ни положению. И все это — потому, что Дональд никак не мог заставить себя возиться с каждым пустяком и охотно предоставлял эту заботу своему коллеге Рутланду. Что верно — то верно. Зато Фаррингтон обладал редкостным талантом к обобщению, что позволяло сэру Реджинальду Демфри всего на нескольких страницах излагать запутаннейшие международные проблемы. Наверху ему за это выражали благодарность, но вся заслуга принадлежала, бесспорно, Дональду. Кроме того, сэру Реджинальду очень нравилась Дороти, напоминавшая ему Барбару времен «Шепердс Буш Эмпайр», когда он еще мог воображать, будто из нее получится очаровательнейшая спутница жизни.

— Кстати, Дональд, мы с женой устраиваем прием… Хотим отметить тридцатилетие со дня свадьбы…